Фрахт из Китая на Новороссийск вырос вдвое за год, Петербург – единственный порт с удешевлением
Морской фрахт из Шанхая в российские порты продолжает расти разнонаправленно. В августе стоимость доставки 40-футового контейнера во Владивосток достигла $2 950 – почти втрое дороже, чем год назад ($1 010, рост на 192%). Ставка на Новороссийск – $8 500, что на 113% выше прошлогодних $4 000. Санкт-Петербург остаётся единственным крупным направлением, где фрахт снижается: $4 400 против $4 950 годом ранее, минус 11%.
Разрыв между портами не нов. Ещё в апреле Владивосток показывал рост на 146% год к году ($2 950 против $1 200), Новороссийск – на 118% ($8 500 против $3 900), тогда как Петербург дешевел на 15%. Перераспределение грузопотоков между портами не выравнивает ставки: каждый порт живёт по собственной экономике, которую определяют загрузка терминалов, наличие судов, объём внешнеторгового потока и геополитические риски.
Снижение фрахта на Петербург, по словам операционного директора ATU Forwarding Никиты Злобина, объясняется падением импорта на фоне общего замедления внешней торговли. Но сыграло роль и качество портовой работы.
«Думаю, что это связано с увеличением работы в этом порту и правильно выстроенным взаимодействием на протяжении нескольких лет»
Новороссийск – противоположная история. Ставка держится на $8 500 уже несколько месяцев, а в сентябре экспедиторы ждут нового повышения. Причина – дефицит предложения и высокая стоимость работы в Чёрном море, ставшем зоной повышенной опасности.
Дополнительное давление на весь рынок создаёт глобальная перестройка маршрутов. Из-за ближневосточного кризиса судоходные линии отказались от прохода через Суэцкий канал и пустили суда вокруг Африки. Рейс удлинился на несколько недель, контейнеры дольше остаются в пути и медленнее возвращаются в Китай. Дефицит оборудования нарастает именно там, где оно нужно для новых отправок.
Парадокс текущей контейнерной экономики: грузов становится больше, но свободного оборудования и судов от этого не прибавляется. Рост объёмов перевозок сам по себе уже не работает как механизм снижения себестоимости – напротив, он лишь усиливает конкуренцию за ограниченный ресурс.
