Издержки бизнеса в России побили исторический рекорд – аналитик предупредил о затяжном L-образном кризисе

Расходы на ведение бизнеса в России достигли рекордного уровня за всю историю наблюдений. Генеральный директор «Infoline-аналитика» Михаил Бурмистров озвучил этот вывод на конференции «Формула ритейла: слагаемые устойчивого бизнеса». По его оценке, российский бизнес привык к быстрому росту и экспансии, но текущая ситуация – принципиально другая, и готовы к ней далеко не все.

Цикл снижения ключевой ставки, считает Бурмистров, завершился. В ближайшие полгода предпосылок для значимого снижения нет, а весь 2027 год ставка, скорее всего, останется высокой. Результат уже виден: инвестиции в основной капитал за первое полугодие упали на 10%. Одновременно сформировался беспрецедентный дефицит бюджета, и следующая трехлетка пройдет под знаком его сокращения. Экономика оказалась между двух огней – падением частных инвестиций и вынужденным урезанием бюджетных расходов в гражданском секторе.

На внешнем контуре сырьевые цены местами играют в пользу России, но валютные риски остаются высокими. Рубль после ослабления в июне–августе начал укрепляться – и для российской промышленности, конкурирующей с импортом, это отдельный вызов.

Рынок труда раскололся надвое. Пик численности офисных работников пройден в середине 2025 года – дальше их станет меньше, в том числе из-за внедрения AI. Опережающее сокращение ждет Москву: на госуровне обозначен курс на перевод крупных госкомпаний в регионы. А вот дефицит «синих воротничков» никуда не делся. Число мигрантов сокращается, продолжается подписание контрактов для участия в СВО, что выводит мужские ресурсы из гражданского сектора. Логистика, промышленность, розница – везде не хватает людей, и зарплаты растут опережающими темпами.

Сверху ложится налоговое давление. Усиление администрирования, обеление отдельных сегментов (сейчас – платформенная занятость), рост тарифов на газ, электричество и ЖКУ – все это создает ценовые ножницы. Бизнес сталкивается с ростом расходов на 10% год к году и выше, но поднять цены для клиентов практически не может. Реальная инфляция в продовольственном и непродовольственном ритейле не превышает 5–6% – примерно вдвое ниже инфляции издержек. Расширение маркировки, запуск «ГосЛога», ужесточение таможенного контроля дополнительно сжимают маржу на всех звеньях цепочки.

Демография добавляет проблем: рождаемость падает, смертность растет. Частично ситуацию компенсирует то, что число домохозяйств держится за счет уменьшения их среднего размера. Средняя площадь квартиры снижается, растет доля студий – а с ними меняется модель питания: меньше готовят дома, больше покупают готовую еду.

Единственная растущая группа потребителей, помимо пенсионеров, – молодежь, эффект демографического бума начала 2000-х. Они активно тратят, но почти не копят на квартиры и автомобили. Бурмистров называет их «поколением перекусов» – с очень коротким горизонтом планирования. Они активнее в общепите и охотнее покупают трендовые товары.

Официальная статистика показывает резкий рост частного потребления, но крупнейшие ритейлеры и поставщики этого роста не видят. Штучные продажи в офлайне упали минимум на 40%. По оценке Бурмистрова, выход из нынешнего кризиса будет длинным – L-образным, как после 2014 года.